Дополнительно:

Мероприятия

Новости

Книги

«Система координат. Открытые лекции по литературе 1950–2000-х». «Поэты Малой Садовой. Альманах “Fioretti”». «Система координат…». Неподцензурная поэзия. Серия вечеров

Николай Гладких

«Цветочки» Малой Садовой

Ленинградский литературный самиздат — явление славное, почитаемое и давно, и широко изучаемое. Но не все его страницы прочитаны так внимательно, как этого заслуживают. Альманах «Фиоретти», составленный в 1964 году, изъятый КГБ и выживший в единственном экземпляре, к сожалению, пока переиздан только в Филадельфии в 2017 году, небольшим тиражом, и в России почти не известен.

Закрытию этой лакуны была посвящена лекция 7 декабря в Музее Серебряного века (Доме Брюсова), организованная «Культурной инициативой» в рамках проекта «Система координат». Как и другие мероприятия этого проекта, стартовавшего в 2008 году, она включала выступление лектора — участника представляемого события, в данном случае — Тамары Буковской, и  «иллюстрации», то есть чтение текстов, в котором кроме докладчицы участвовал Валерий Мишин.

«Фиоретти» — памятник «кофейного периода» русской литературы, по выражению Константина Кузьминского, когда процветало множество литературных объединений, но поэтическая тусовка могла собраться и вокруг кофейного аппарата в кулинарии Елисеевского магазина на Малой Садовой, где за шесть копеек варили двойной кофе без сахара. Такую компанию 16-17-летних молодых людей объединил вокруг себя поэт Владимир Эрль (Владимир Горбунов), уже тогда проявивший дар организатора, собирателя рукописей, а впоследствии лидер Хеленуктов[1], текстолог и публикатор первых собраний сочинений Хармса, Введенского, Вагинова и других, вышедших за границей. Литература в этой компании была делом жизни и в то же время игрой; обе стороны — игровая и дистанцирующая себя от культуры официальной — воплощались в псевдонимах: Евгений Воробьёв становился Евгений Вензелем, Михаил Смоткин — Михаилом Юппом, а сама Тамара Буковская — сказочной Аллой Дин. Михаил Юпп был кузеном Виктора Кривулина по материнской линии и связывал «поэтов Малой Садовой» с другими неофициальными группами северной столицы, и одновременно оберегал их автономию. Примерно похожую роль он играл как посредник между Ленинградом и Москвой, где некоторое время заочно учился в Литературном институте. Смогист Володя Батшев привёз резиновые матрицы и продемонстрировал, как можно набрать альманах своих стихов, который потом будет напечатан в  «Гранях». Ранней весной 1964 года сформировался пухлый «портфель» из рукописных и напечатанных на машинке текстов. Владимир Эрль его основательно отредактировал. С лёгкой руки прозаика и инженера-изобретателя Александра Чурилина сборник назвали «Фиоретти», отсылая и к  «Fioretti» Святого Франциска, и к поэтическому цветнику Малой Садовой. Но… кто-то  засветил самопальное издание, и Контора глубокого бурения изъяла все подготовленные экземпляры. Единственный сохранился у Андрея Гайворонского, который потом он отправил в Америку Михаилу Юппу, а тот его наконец-то напечатал под заголовком «Чудаки с Малой Садовой: Литературный памятник вакуума». Сейчас его можно приобрести, выслав составителю пятьдесят долларов.

Было ли в  «Цветочках» нечто действительно криминальное? По словам Тамары Буковской, «в отличие от московской литературы и круга СМОГистов, петербургских поэтов не сильно волновали темы политические, потому что напористость большезальных литераторов с их „уберите Ленина с денег“ как-то  претила петербуржским поэтам, поскольку Петербург — город сохранившейся тонкой старой культуры, несмотря на весь ужас „ленинградского дела“ и прочие неприятности». Но, как всё, не прошедшее через официальную цензуру, это казалось потенциально опасным.

Среди авторов альманаха многие имена так и остались «засохшими, безуханными» цветами между страниц книги. Но там же впервые увидели свет стихи Леонида Аронзона ( «Послание в сумасшедший дом», «Псковское шоссе», «Валаам» №  №  1–3), Владимира Эрля (две главы из  «Поэмы, которую можно назвать дневником, но лучше никак не называть» и другие), Александра Миронова (третья глава из поэмы «Раскрепощение» и другие), Андрея Гайворонского ( «Пожар в сумасшедшем доме», «Ассоциации вокруг чашки чёрного кофе», «Интерьер распятия. 1914 год» и другие)… Евгений Вензель ( «Ангел“, “№  92. И ветер, и плыви, ладья пустая…», «Сколько птиц надрывается песней…», «Жалобы»), больше известный как муж Елены Шварц, сейчас уже оценён как самостоятельный тонкий поэт-ироник.

В качестве иллюстраций Тамара Буковская и Валерий Мишин прочитали стихи Аронзона, Вензеля, Гайворонского, Евгения Звягина, Миронова, Эрля, Юппа и свои собственные.

Один из вопросов касался общения и взаимовлияния поэтов Малой Садовой с другими неофициальными поэтами Питера. Отвечая на него, Тамара Буковская сказала: «Все были в своё время потрясены явлением Бродского… Он прокатился по нам колесом, и все мы были свидетелями того, что с ним происходило. И, с одной стороны, казалось: какой ужас, что поэта судят! С другой стороны, это давало повод для самоуважения. Оказывается, к литературе можно относиться так серьёзно, что за неё даже можно пострадать…» Это был тот же самый 1964 год.

 


 

 Хеленукты ­— неофициальная ленинградская арт-группа (1966­–1972), в состав которой входили Дмитрий Макринов, Александр Миронов, Владимир Немтинов, Владимир Эрль.

Неподцензурная поэзия"Поэзия"события2017ПоэтпоэзияВремяКнигИ 

12.03.2023, 770 просмотров.




Контакты
Поиск
Подписка на новости

Регистрация СМИ Эл № ФC77-75368 от 25 марта 2019
Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций

© Культурная Инициатива
© оформление — Николай Звягинцев
© логотип — Ирина Максимова

Host CMS | сайт - Jaybe.ru