«Система координат. Открытые лекции по русской литературе 1950–2000-х годов». «Русский бук-арт. Версия 2026»
Серия вечеров «Настоящее будущего. Русский футуризм сегодня“
В рамках выставки» «Лицо нового искусства“: русская футуристическая книга»
Константин Чупринин
Жест, бумага и заумь: рождение и формы отечественного бук-арта
11 февраля в «Музейном центре Зубовский, 15» в рамках выставки «Лицо нового искусства. Русская футуристическая книга» прошла лекция Михаила Погарского «Русский бук-арт. Версия 2026».
Открыла вечер куратор выставки Ольга Залиева. «Наша выставка посвящена не просто деятельности и творчеству футуристов, но именно искусству книги. Русским футуристам удалось достичь почти идеального синтеза слова и изображения. В футуристической книге поэты и художники были абсолютно равны и наш вечер посвящён очень необычному современному явлению — бук-арту».
Один из руководителей проекта «Культурная инициатива» и организаторов вечера поэт Юрий Цветков пригласил всех, кто ещё не был на выставке, обязательно её посетить. «Сегодняшний вечер и эта выставка каким-то образом совпали, и он органично вписывается в наш многолетний проект „Система координат. Открытые лекции по русской литературе 1950–2000-х годов“. Мы ведём его с 2008 года, прошло уже больше сорока лекций, где рассматривались явления и течения в литературе, которые ещё не до конца изучены и не вошли в учебники по истории русской литературы. Идея этих лекций заключалась в том, чтобы приглашать в качестве лекторов непосредственных участников событий. Например, мы успели поговорить о „Филологической школе“ или „Группе Черткова“, явлениях 1950-х годов соответственно, с их участниками: Михаилом Ерёминым и Валентином Хромовым. Эти лекции записывались, и потом, дополненные справочным аппаратом, издавались. Они интересны тем, что в них речь о литературном явлении идёт от первого лица. Лекция, посвящённая русскому бук-арту, состоялась в 2008 году, вел её тогда поэт Николай Байтов, многие из тех, кто выступали на ней, выступят и сегодня».
Михаил Погарский рассказ об истории бук-арта начал с заявления, что «предпочитает термин „книга художника“, а не „бук-арт“», потому что под «бук-артом» понимает чуть более широкое понятие, выходящее за рамки сегодняшней темы. Разговор пошёл о «книге художника» на основе авангарда и русской футуристической книги. «Почему именно книга русского авангарда стала предтечей „книги художника“? Почему мы начинаем отсчёт от неё, а не, например, от изданий „Мира искусства“ эпохи Серебряного века?» «Мирискусники» тоже занималась книгой как отдельным видом искусства. Художник и теоретик искусства Александр Бенуа писал в то время, что книгу надо рассматривать как целостный организм, думать не только об иллюстрациях, но и о всех составляющих книги: её конструкции, архитектуре, шрифте. И тем не менее, книги «мирискусников“ так и остались просто хорошо иллюстрированными изданиями».
Дело в том, что основное отличие букартиста от художника-иллюстратора заключается, по мнению Погарского, в том, что иллюстратор просто обязан по своему положению работать на книгу, а букартист использует книгу в своих корыстных целях: для него это материал, как для живописца холст. Для букартиста книга служит носителем творческого послания. И футуристы в русском искусстве были первыми, кто книгу стал использовать именно как самостоятельную смысловую конструкцию, а не просто как форму для размещения картинки или текста. Книга стала для футуристов инструментом художественного жеста.
«И если мы обратимся к истории artist’s book, — продолжил Погарский, — в любой западной монографии на эту тему, и даже в Википедии, то сначала будет назван Вильям Блейк, а сразу за ним — авторы книг русского футуризма. История Artist’s book всегда показана именно так. Для того чтобы понять, насколько был всё же революционным был этот эксперимент, надо знать, что вообще происходило с книгой в XIX веке. В то время идеалом всех коллекционеров был Уильям Моррис. Он был потрясающим организатором и дизайнером, но ставил своих художников в жесточайшие рамки. Моррис составлял для них технические задания на десяти страницах, предписывавшие, к примеру, что „самая тонкая линия шрифта не должна быть тоньше самой тонкой линии в рисунке…“ В таких рамках работали тогда художники. И вдруг приходит французский издатель Амбруаз Воллар и говорит им: „Ребята, вы художники, что я буду диктовать вам какие-то рамки, рисуйте как хотите“. Так появилась первая книга, которая открыла эпоху букарта, сборник стихов Поля Верлена с иллюстрациями Пьера Боннара. На этом примере хорошо видно, насколько непринуждённо расположены в ней иллюстрации — в противовес тяжеловесным работам Уильяма Моррисона. Иллюстрации перетекают на развороты, „заезжают“ на текст, нет никаких полей и рамок, всё сделано в свободной импрессионистической манере. Эта книга сегодня стоит баснословных денег, коллекционеры готовы за неё душу продать, тогда как в начале XX века она была отвергнута знатоками. Многие собиратели книг даже говорили: „Лучше я пущу дьявола в свою библиотеку, чем поставлю туда издание Боннара. Это же кошмар, в этом издании нарушены все правила!“ Вот такой был парадокс: потрясающие, изысканные книги не принимаются современниками. К тому же она была выполнена в технике литографии, а это всё равно что сегодняшнему собирателю книг предложить цифровую печать. Литография была тогда самой распространённой техникой, офсетной печати ещё не сушествовало. Но Боннару она была необходима, чтобы передать тонкие цветовые нюансы иллюстраций. И вот на фоне книг Морриса, в пору неприятия экспериментов Боннара, вдруг появляются книги русских футуристов. Отсчёт этого направления ведётся от „Садка судей“ как наиболее концептуальной и знаковой работы. Исторически же первой авангардной книгой стала „Студия импрессионистов“, она вышла на один месяц раньше „Садка судей“. По технике исполнения, по насыщенности она, может быть, даже превосходила „Садок судей“, однако ещё сохраняла традиции символизма. „Садок судей“ — это маленькая книжечка формата 12×12 сантиметров, сделанная на обратной стороне обоев. Впервые в истории книгоиздания сам материал книги „заговорил“. Давид Бурлюк писал об этом издании: «Если раньше у вас под обоями водились клопы да тараканы, то сегодня на них будут жить звонкие, юные стихи наши!». Внутри книга была достаточно простая, в ней было девять иллюстраций Бурлюка, текст был залит сплошным потоком, но самое главное — обойный материал, который провоцировал и взрывал сознание читателей: как это так, на обоях книги печатаются. Книга была карманного формата, и когда футуристы пришли на один из вечеров в «Башню» Вячеслава Иванова, они всем гостям по карманам рассовывали эту книжку. То, за чем сейчас гоняются коллекционеры, тогда просто раздаривалось таким эпатажным способом, став одним из первых примеров акционизма. Другая знаковая книга — «Мир с конца». В ней впервые в истории книгоиздания при оформлении книги был использован коллаж или, точнее, аппликация. В любом случае мы можем говорить о первом применении коллажа в оформлении книги. Наталья Гончарова вырезала из бумаги цветок, и на сегодняшний день известно более двадцати вариантов оформления этого издания с его использованием. Ещё одно новаторство принадлежит Ольге Розановой, которая приклеила сердечко и сверху пуговичку от мужских кальсон к обложке «Заумной книги». Это издание вошло во все альбомы по истории Artist’s book. Примечательна ещё одна книга: «Помада». Она стала первой, которую художник Михаил Ларионов раскрасил полностью вручную. Конечно, не все экземпляры книг раскрашивались от руки, но несколько из них представлены на сегодняшней выставке. Поэт Василий Каменский догадался отрезать угол своего сборника «Железобетонных поэм», создав первую в истории пятиугольную книгу. Ещё одна потрясающая и очень редкая сегодня книга — «Песенка футуристов» Сергея Подгорецкого. Когда она вышла, журналисты писали, что автор вытащил на свет весь мусор и это ужасно, а сегодня это издание является гордостью любого коллекционера. Текст этой книги набран резиновыми штампами, плюс много в ней вырезок, коллажей и других интересных элементов. Идея синтеза искусств превалировала во всём издательском творчестве футуристов. Футуристы с уважением относились к детскому и так называемому наивному творчеству. Так, Елена Гуро использовала рисунок семилетней девочки Марианны Эрлих на обложке своей книги «Небесные верблюжата». Не случайно именно они открыли миру творчество Пиросмани. Кандинский в своём альманахе «Синий всадник» также использовал детские рисунки, причём даже не указывая их возраста, их работы соседствовали на равных с иллюстрациями взрослых художников. Знаменитый сборник футуристов «Пощёчина общественному вкусу“ отличается от других тем, что его обложка сделана из мешковины. Первая полностью коллажная книга -“Вселенская война» Алексея Кручёных и Ольги Розановой. Это была попытка Кручёных создать уже не вербальный, а визуальный «заумный» язык. Потрясающий альманах «УНОВИС» — это первая книга, отпечатанная на машинке тиражом всего пять экземпляров. Уникальна она и тем, что в ней огромное количество авторских вклеек и вставок, в том числе из ткани. Это первая книга конструктивизма, которую сконструировал Эль Лисицкий, и там опубликован его программный манифест. Нельзя не обратить внимание на издательство «41 градус» — эксперименты Ильи Зданевича, который освоил профессию наборщика и всё сделал своими руками. Он использовал метод наложения печатных слоев, создавая пятна из самих букв, так созданы, например «Лакированное трико» и «Миллиорк» Кручёных.
«После небольшого экскурса в историю футуристической книги я поговорю о книге художника. Бук-арт я ставлю несколько выше: на мой взгляд, это более широкое явление, тогда как современная „книга художника“ охватывает такие направления, как artist’s book, и другие явления авторской иллюстрированной книги. Мою инсталляцию „Арктические шахматы“ я отношу к бук-арту, и я не могу её назвать „книгой художника“. В ней собраны двенадцать белых и двенадцать красных шахматных фигур, которые можно использовать для различных перфомансов. Эта моя книга посвящена поэме Блока „Двенадцать“, и с помощью шахмат разыгрываются сюжеты этой поэмы, в этой игре нет королей и королев, перед нами двенадцать апостолов поэзии. Если говорить о livre d’artiste как части бук-арта, то точкой отсчёта считается книга Боннара, с неё это явление оформилось как самостоятельное художественное течение. Для livre d’artiste принципиально, что это обязательно издательский проект, в котором, однако, издатель даёт художнику полную свободу. Многие считают, что явление принадлежало исключительно французской культуре ХХ века и сегодня существовать не может. Лично я считаю, что этот термин прижился в России и книги, сделанные с помощью печатной графики и не переплетённые, можно называть этим словом. В качестве примера привожу альбом, сделанный в этом стиле и посвящённый художнику-футуристу Илье Зданевичу. Другая форма книги художника -это комикс. Это самая простая и распространённая форма, и в качестве примера приведу книгу Василия Власова или комикс Леонида Тишкова, сделанный на основе его инсталляции „Ладомир“ (созданный из макарон целый мир Хлебникова). Другая форма книги художника — это свиток. Он исчез в обычной книге, проиграв исторически комиксу. Ещё очень популярна в среде художников книга-гармошка. У меня был проект, посвящённый такой форме, в парке „Музеон“, там удалось на улице развернуть инсталляцию длиной в сто двадцать пять метров и весом в триста килограммов». Также Михаил Погарский привёл примеры «веерной книги» и других форм книги художника.
Организаторы вечера пригласили поэтов и художников, которые смогли проиллюстрировать идеи, озвученные лектором. Например, художник Александр Лаврухин принёс на вечер сделанные им авторские книги, выполненные в разной технике и посвящённые русскими футуристам. Поэт Света Литвак прочла свои поэмы «Горящие муравьи» и «Конференция» и рассказала о проекте «Лесная библиотека», в рамках которого различные художественные издания оставлялись в лесу и, пролежав там под дождём или снегом, через некоторое время становились объектами для инсталляции. Поэты Александр Курбатов и Евгений Лесин прочли свои стихи, проиллюстрированные художником Виктором Гоппе.
Система координат,
русский бук-арт
01.03.2026, 29 просмотров.
