Дополнительно:

Мероприятия

Новости

Книги

«Москва и немосквичи»*. Михаил Нилин (Москва) – Андрей Черкасов (Челябинск)

Москва

         Формализировать, раз понадобилось, представление о большом городе, положим, затруднительно.

         Формализовать.

         Формообразующих моментов два: власть на своём конце; население – на другом.

         Власть – доблестные люди: либо грудь в крестах, либо голова в кустах.

Взятое, завоёванная территория принадлежит им. Жившие тут или со временем сюда переведённые примучиваются к осознанию себя – арендаторами. Приобретают, отрабатывают право здесь находиться – платя дань и неся повинности.

         Никаких условий, впрочем, не заключается.

         А то б...

         Примерно, выгребаете из штанов известный орган – пришла, возможно, фантазия помочиться… Синевой винноцветного моря, как у Гомера, головка органа (glans – жёлудь – penis) выставляется невысоко над нижнею периферией поля зрения – и тотчас, разумеется, помните, чем обязаны Создателю, возносите Ему хвалу (завет, в некотором смысле договор).

         Нам терпит. Не по грехом милует. Пойдёт, надо понимать, впереди нас в бою.

         И радугу увидав, помните то же.

         А Он, со своей стороны… Как часто? Вследствие чего, при каком случае… Во всякое время? Постоянно?  

         Мог бы, Его воля, согнать. Любит, а? Отец – деток. Так?

         Есть неопределённость. Птичьи (права)? Обычное право? "Рутина, так, живёт ближе к жизни"

. И: "Сколь жалкие ответы получает душа, взыскующая уверенности на этом свете" … (Последнее замечание я цитирую часто. Выписано мной из руководства по душевным расстройствам. Сидит на языке, как говорят франкофоны) …

         Что нужно власти? Цитадель. Стены с несколько выдающимися за стены башнями (из выступающих в поле башен есть возможность по лезущим на приступ бить вдоль стен).

         В цитадели устанавливается порядок – противопожарный, со временем власть озабочивается и внушительностью, как таковой. Население же, сведя леса (поле – по лесу), куда, было, отбежало, где, практикуя инцестуозные поневоле связи, существовало, живя огнеподсечным (с трёхгодичными стациями) земледелием, ягодами и, в сезон, грибами – оказавшись на виду (а то: нас не уколупнёшь), жмётся, теснясь, к местопребыванию власти. Обустраиваясь, хитрованством и жадностью зудимо, воспроизводя, сколько в силах, нужнейшее из свойств дебри (дебрь): хрен сыщешь. Кося не сполоснутым глазом: не ущедрятся ли, из казны, в конце концов, не раздадут ли, спопашатся подать.

         Самодеятельность.

         А регламент есть, как. Посадник наблюдает. Брандмауэр, зелень, транспортная доступность. Есть. А, посмотреть: нашествие – придётся выжечь. И не тянет, начистоту, за подлыми людьми смотреть. Пусть. Покамест. Быт, да? Оздоровлять, среду… упорядочивать…Надо эту породу знать.

         Нет, гордый проникается презрением – к ним. Возобладавший. Смердам (в самом деле, пахнут нехорошо) покровительствую (покров и щит), как следует, в своей власти (держу), а себя понимаю в сопоставлении. С государями соседних, а также других держав.

         Проникается презрением – до скуки, а с равными себе, конечно, соревнуется. Вон, самодержцы, присутствие которых на недальнем горизонте, приходится, терпим, но не всегда тому быть. Нестерпимо – зазнайство их, отсутствие к нам интереса…

         Здешние же… Славного имени не оставят. Хотя в бандиты, а не готовы: жизнь за статус. Откуда князья? Из разбойников. Аристократы? То-то. И если б этот тип – люди чести – не женился б – необдуманно, неевгенично – то и вытеснил бы иных, совершенно, исключительно размножился.

         Что подлы – ладно. То есть, нет. Униженность – отчего б, а чувствуют. "Начальстволюбия, змеи скрытой сей…" … -- этим насквозь. Сдают – руководству. Своего брата, их сестру. Наперебой. А при том, поскольку обделены-угнетены, дескать, и жизнь (к ним) не справедлива, то и позволяют себе всё. Удобно. Имея оправданием съиздетства жалкое положение.

         И тщеславие тешат. До того, мол, убоги, беспамятны… бессовестны… неблагодарны – подлей не найти. С той, так сказать, стороны – первые.

         В самоутверждение – что? Ради самоуважения (а нужно) – пакостят хозяину, вредят исподтишка.

         Таковы моменты. Их деятельностью, надобностями, вкусами… возможностями… выстраивается, выстроилась Москва.

         Тесно. Порадовать бедного человека, внушить гордость бедняку. Для плац-парада места нет! Соревнование – расход, бюджет и бюджет. Не остаётся другого: пятно – и – девелоперские перспективы, друг, возводи, взгоняй в ширину пятна, оставляя кругом самое, что норматив велит и допустит инженерное искусство… Вертолёт – неприятная необходимость… Товарищу Сталину на ближнюю рыли метро, распорядился прекратить.

         Теперь что… "поток несёт друзей и женщин трупы" … Пристрастий в городе не осталось. Вспомнить… "Медсантруд" -- 23-ья (номер) больница. Холм Таганки. Вид с противоположной фасаду стороны. Конха (то есть раковина) – эстрадообразная громадная… по фасаду о величине здания, вместимости судить нельзя (на склоне) … обращённая в парк сторона выше и в ней – конха: громадная лоджия (четверть сферы) с видом оттуда поверх дубов.

           Вспомнить нечего. Справляли – уже не детьми – день рождения Ирины Борисовны Шостаковской (поэтесса; из уважения к отцу и собственным её выдающимся способностям принята в лучшую из общеобразовательных (в Москве) школу №57 ("пятидесятисемиты") – в Знаменском, продолжающем директ Ваганьковского Старого, переулке… ваганты – скоморохи). Был Данила Михайлович. Удивительное дело: знал город. Моцион, говорят, в культурных кругах был в обычае много раньше, с безбоязненной болтовнёй… Знал… Эти места и я знал. Ирина Борисовна знала. Был, не припомню, с нами её друг тех лет? Дефиле – железная дорога, одноколейная: подъездной путь… Затоптанные шпалы… выветрившийся креозот, паровозная зола… Узкий и не в один этаж джакометтиевских пропорций проём в зелени (зады Заваруевского переулка). Ошмыгнутые товарняками – раз-другой в сутки на малом ходу – с раскачкою, как толпа в метро, -- следуют – отвесные стены зелени, лето, припорошены красной пылью, как если б подземное напоследок солнце или строительств, ограждений рыжими по листьям огнями.

           Узкий без поэтажных галерей конструктивистской прихотливой высоты коридор с невнятным вверху, в свете, шумом раздаётся по правую руку в грузовую площадку. В другое время громоздился -- в кучах, курганами с шале – стеклобой. Помигивающие откосы, пропускающие изнутри и солнечным днём щурящийся курицей внутренностный свет. Теперь – исползана бульдозером и, как сказал бы Кочейшвили, до Китая простонародным убитым… ни беседок, ни в беседках изжелта голых на солнце всевозможных вечной жизни сподобленных особ. Райской стусклённой пестроты мощёна стеклянным боем, неровна, как мозаика, и туда, к Заваруевскому и кладбищу… у стены кладбища к мусорным бакам, кстати сказать, слетает чёрного с отражением оперения неправдоподобно крупный с домашней, говорят, историей приглуповатый ворон Кузя… туда, значит, невысоко миражик -- не то чтобы как в чаду жарким вечером у Трёх Вокзалов (тех природа, я так понимаю, объясняется движением и остановками транспорта), а плещущий и похожий на то, что видишь в стекле, положенном на стол, если присесть и смотреть в стекло сбоку в сколистый из-под алмаза облом.

           Кто – пьяноват и бос… ноги мыть…стоит, нет, подымается? … хитон… А ты знаешь: хитон? Не в мираже дело… Миражи… Истоньшается слизистая, отзываясь на избыток тестостерона. "Тестамент" – ударения не указываю. Как тебе удобно. "Завещание". То, что дано при свидетелях. Тестикулы. Античная весёлость, на что нужная. Тоньше – чувствительней. Онищенко, "Роспотребнадзор" на днях по радио рекомендовал – обрезание: дескать, грубея, покровы… как превентивную против СПИД’а меру.

           Надо – интересуйся. Скривился, -- говорила наша тётя Капа, -- как середа на пятницу. Уподобленье. Троп.

           Походка Ирины Борисовны – сейчас не то, а была слегка разлаписта. Взгляд львёнка, новорождённого. Друзья негодяи. Верила: мой народ хиппи.

           Ссажены… Или как я сказал… Ошмыгнуты. Подкожная на сетчатой взмохренной основе клетчатка, погасший хлорофилл, заэкранное устройство, элементная база в виде пирамидальных пасочниц, раскладных, из нелужёной жести – микроскопических, толчёное стекло, леденцовый отсев…

           Узкий, как визирка, просек, коридор, приводящий к большим – пропускать составы – воротам. Собака, барьерная сторожиха (сторож)… От Окружной – мимо 36-ой (больницы), огибая, как Заваруевский кладбище… Ворота… Поперёк Вала (рокады), Девятой Роты (улица)… Электрозавод.

           Я сказал: негодяи. Кем уполномочен? Неудалые ребята, кто вес набрав, кто иначе как-нибудь нашлись. Найди, в больнице сказали, парня. Кому сказали? Рассуждая отстранённо, здравая мысль.

           Сопровождал даму в муниципальную больницу. Бабуле вашей объясните, -- сказала женщина-медработник. Запамятовал, что рекомендовала объяснить. А как? Медучреждение для бедных, и ласковые обороты: стулочко, трубочку возьмите – в отечестве общеупотребительны.

           Вероника Юрьевна Казимирова справляла тридцатилетие в особняке дореволюционного хозяина Электрозавода – ни Кочейшвили, ни меня не позвала. Особняк тут же, против завода.

           Москва.

           Экзотика: пустыри, запустение… нефтянику, официанту ни на что эдакого и в таком роде не нужно. Занятым людям. А бедный человек, так я сказал? заявить себя может небрежностью, злостной порчей, неуважением регламента.

            Всё зло… Видел… или читал? такую пьесу.

            Мостят, где и пилёным камнем. Ремонты. Несут… впоследне? как с пожара.

            А была?

            На Мытной… двор городской, стеснённой, без парка, усадьбы… эта история всем известна… выносился тяжкий с оковкой табурет (делался под кадку с пальмой), на него -- наполняемый водой серебрёный таз. Хозяин – отставной, близкого к старческому возраста… чудаковат… эксцентрик на островной манер… усаживаемый прислугой, с предосторожностями, чтобы не потревожить воды в тазу…ещё и повязанный по лицу по глаза платком, -- как поступают всадники в строю на пыльной дороге… зыбь, зыбь по воде от дыхания… тихо радуясь, с умилением отчасти слабоумным, любовался ходящей на кругах чаячной стаей (от "чайка": белый или тускло-белый голубь). Мочевая кислота, высокое содержание. Обуславливает живость, быстроту движений, но и сказывается на состоянии суставов. Дыхательные экскурсии покамест оставались свободными, однако закинуть голову, и в лонгшезе поместившись, был не в состоянии. Скрючен (кифоз) и казался длиннорук, а, в молодые годы, был для видного мужчины худощав, но вынослив, щеголеват, и добродушно не заносчив.

           Взгоняли, действительно, голубей, открыв голубятню; выходил на крышу малый, свистел, вращал над собой, как заведено, загаженным полосатым рукавом халата… Хозяин глядел в таз, видел охватываемую в известном градусе виража темнотой, затем серо чернеющую и пропадающую, как бы бензиновым пламенем взявшуюся стаю.

           Ещё… Простонародное лакомство: постный сахар.

           У моста, Новоспасского… На той стороне – Новоспасский монастырь, из богатейших. В 30-ые ХХ – расстреливали – в нём, и привозили из Варсонофьевского (переулка) – расстрелянных, закапывали в склон к реке – под стеной. Отчего не в самом монастыре?

          Вот, смотреть по течению – на правом, наискось через реку от монастыря – Кожевнический Вражек. В навигаторе метнётся как улочка, на деле – нечто вроде предмостной недостаточных размеров площади. От неё, к реке перпендикулярно, недлинный 2-ой Кожевнический. В нём – на углу с Кожевническим Первым – краснокирпичный в три этажа дом: с квартирами служащих мануфактуры Цинделя. Жила мама Марины Юлиановны Меленевской – фабричный врач. Внучка посещала детский сад, напротив, где перед Второй Мировой заразилась полиомиелитом. Внук – с талантом газетчика – как только прекратила существование Советская Власть, издал в торжественном формате мемуары певицы Вишневской и после того не в долгом времени умер.

          Нервный человек с вожделением к сенсации. Отрешён от должности (в газете): инициировал появление в печати интервью с пилотами, видевшими НЛО (Неопознанный Летающий Объект). Инстанции, санкционировавшие публикацию, задним числом открестились… Неопознанный… Точно ли необходимо…

           Приобрёл белый "мерседес" -- не новый? Не возвращал кредита? Умер. Сердечный приступ. Один дома. Разговаривал по телефону, намерен был позвонить? В Скорую? Заимодавец ли обратился за содействием к бандитам?

           Что? В Кожевническом Втором в подвале, просторном, варили, укладывали свежий в картонные короба, прослаивая вощёной. Пасмурно (облачно с прояснениями) сквозиста.

          Постный сахар. В пост, поверье, сахар не показан. Поскольку, якобы, очищается фильтрацией через кость. Дроблёную? На этот случай годится – годится и в других – постный. Приторно-сладкая смесь, формуемая в плитки, тяжёлые, в палец трудящегося толщиной, в размер в пол игральной карты, а и длинней и шире. Едких расцветок, вбирающая свет. Бедные люди употребляли в пасхальных изделиях из творога – вместо цукатов.

           Разновидность сортов, относимых в кондитерских прейскурантах к «помадкам». Люди с рассудком брали окрепший: легче свежего, оборотистей, не мякнет в пальцах.

           Ставили, водится, в подсобках горячую, по возможности, воду – в вёдрах – сахар, подушечки с патокой и повидлом – тянут и выгодно тяжелеют.

           Было и вот что, часто рассказываю. Сахар в мешке, отчего же такое, промок с конца, хотя ведь в штабель идут (мешки) плашмя, не стоя. Дёргая за уши -- стоял на выставке… в крытых грузовиках верх приподымается -- на шарнирах с прорезной планкой, не во всех, но выпрямиться вполне всё же нельзя, разъясняю, а согнутое положение утомительно, не даёт и свободно воспользоваться становой силой… За уши – из последних, нижний ряд – потащили и, вздёрнув стоймя, спустили на транспортёр, глыбы … как бы слома в мешке… не отследив. А татарин – небольшого роста и грацильного сложения, с навыком и внимательностью грузчик – у другой оконечности транспортёра, приносящего мешок чуть повыше плеча – подвернувшись, ухватывая за уши и на спину принимая – спёкшеюся и смёрзшеюся – глыбою в мешке… Пришлась по крестцу, и не устоял на отнявшихся ногах.

           Часто рассказывал.

           Транспортёр… Вверх под углом рама с идущей лентой. Сошки – пара стоек, задающая угол, тут электромотор – боровком, с продольными гребнями, кабель. Колёса – раз стоит на стойках – оказываются не при деле, более или менее высоко… Не обрезиненные, сельскохозяйственного, что ли, вида, с выпуклыми, в забоинах, головками спиц по ободу.

           Передние стойки – с разбросом; отклячены и короткие задние.

           Грузовичок (фургон) сдаёт задом, рама транспортёра вошла меж задних колёс. Тащим, сдёргиваем… Трудоёмки первые – вплоть к дверям кузова – ряды, а из них -- верхний… отсутствует место под ногами… (грузят, это другая ситуация, обыкновенно с эстакады: грузчик – вровень с полом кузова и оступится не страшно).

          А потом – идёт быстрей. Подтащив, за уши держа, спускаем. Должен встать, тронуться, ехать – отпускаем. Садится, ложиться навзничь – ни коим образом не косо.

          Те, что носят -- на выставке трудней и происходит смена – принимают на спину с высокого конца, стоя на эстакаде (галерее), проходят холодный склад и по лестнице – шесть ступеней вниз – обтирая мешком стену – это в помощь – идут – опять же под уклон – широким коридорчиком – и в полуподвале (тут рядом цех, чаны) на поёлах (флотское и портовое название) штабелюют… Поёл, иначе палетта (на стройках – "поддон", а в лодке, примерно, рыбина: съёмный настил на дне, решётка) – с итальянского: ладонь, пальмовый лист… Погон с бахромой, вероятно, той же основы…

           Не трудно выучиться ронять со спины так, чтобы мешок лопнул, и в булочных с пекарней – им развозим по восемь – двенадцать мешков – заискивают, ублажают. Жалуйся: лопнул.

           Лев Николаевич Толстой, как новость, возможно, читателя заинтересующую, разъяснил бы, зачем винятся люди в том, в чём очевидно не виноваты… а женщины – на замечание знакомого в библиотеке – потягиваются, прогнув спину, прежде чем отозваться…

           Да… Ставя с перевязкой рядов штабель, ходят по мешкам, а как? Сахарный песок, не вывихивая ноги в голеностопе, подаётся, нешумно смалываясь, но, если на мешке разом двое – ступил несущий и, спрыгнул, отнёсший – напруживается, и мешковина производит раздражённо вырывающееся, высвобождающееся усилие.

           Постный сахар. Время с долгой утром и вечером темнотой, небо разъяснивается к середине ночи. Креозот, зола паровиков, экзотика. Стена зелени, оббиваемая трамваем.

           Ещё, впрочем, калачи.

            …постный сахар, мальчиковые ботиночки… мальчуковые… немаркие цвета. Тётка-сорока, её радости, к богу в рай…

            Небо, нет, время, что – с долгой утром и вечером темнотой, к утру, нет: к середине ночи…

             Калачи.

             Ситная мука (пробита в сито… "сито" от "сеять", нет "сеть"). Пшеничная с подмесью сильной (сладковата; дрожжи, трудясь над ней, выедая сахар, дают в среду – в тесто – углекислый газ: подымает и, как греческую губку, тесто рвёт). Составляя смесь, сыпят и лучшего вкуса пшеничную же твёрдых сортов – с клейковиной особо на разрыв прочной.

           Поднявшееся тесто приступают кулачить. Бьют, разминая, выбивая из тесто поднявших пузырьков углекислый газ, перетирая клейковину… Дилятация (расширение) капилляров под действием углекислоты установлена определённо.

           Выколоченное – расстаивается, выносится в нежаркое место, где расправляется, остаточная и добавленная перемогшимися дрожжами углекислота распределена теперь – скоплениями с булавочную головку – вполне в массе теста равномерно…

           Лепят калачи на два манера: калач как есть и вполовину меньший. Полноразмерный (впрочем, то же и малый) похож на висячий (амбарный) замок немецкого образца, продолговато-кругл или кругл строго, отчего есть соблазн сопоставить с «коло»: колобок, колобашка, колоброд, колесо. Владимир Иванович Даль – мы соседи на Ваганьковом… русский (язык) его преломляет сильно как эссенция (Паласса – верней, Гоголя – развязней и обаятельней)… считает (Даль), не зная дела, что калачи – лепят – из жидкого теста. Прав же насчёт того, что дрожжи в каждой пекарне (как в винных подвалах) свои – заведённые – продолжаются; уступают, дают дрожжи на сторону пекаря неохотно.

            Определяется им калач как "сгибень с дужкой".

             Кольцо, да, из особо белого теста. Полкольца – дужка (как у висячего замка, втрое толще); другая половина – животок (у висячего замка тут механизм): увесистая, вздутая часть. Уподобленье: к дужке прикреплён кошель, желудок.

           Там, где концы дужки входят в животок – между этими концами – прилаживается, налегая на животок, губка, иначе – гребешок: шматок теста в виде стручка: в печи раздувается, оставаясь по наружному краю острым.

           Осыпается (пудрится) мукой, идёт в печь на листе.

           Тёртый калач – известное выражение – происходит, полагает Даль – от глагола "тереть": мнут и трут тесто. Нет. Если торгуют калачами не там, где пекут, торгующие своекорыстно охлопывают калачи, ударяя друг о друга над ёмкостью, куда и трусится с них ситная мука. Дмитрий, забыл отчество… Дмитрий Сергеевич Лихачёв, деятель культуры, из первых лиц состоявшейся четверть века тому перестройки, предположил, что "ушлый" означает… означало? … "ушастый" -- (услышал слово в заключении на Соловках).

           Мнение, будто дужку калача, отъев брюшко, бросали, комментировать не буду. Но – легковерие! – в ресторане Дома Журналистов – неплохом и недорогом – пока готовится заказ, подавали калачи. Съевший горячий калач, становился сыт и в дальнейшем был снисходительней к существенности порций (Кант про сушу в супе). По залу… я бывал не часто и, возможно, это не было практикой… пробегали, чёрт их знает, молодые дамы – а пускали, не иначе, членов Союза Журналистов – спрося мимоходом разрешения, отламывали – заморить червячка – гребешок, а которые посолидней с гримасой нетерпения и полдужки… И бежали, бежали.

           В Малом (Никитская-Герцена) встречал и после (фортепьяно).

           О ресторане... Нет, интерьер или что – не помню. А помнил бы. Что? Скажи на милость. Больничной простоты скатерти. Зажжено, так ведь? электричество и достаточной ещё силы – лето – дневной. Ещё и сигаретный дым, гулящий басовито с достойной весёлостью замзавотдельским трёпом.

           Нет.

           Ткнув с близорукой верностью, утвердительной, в поддужный проём калача... Четырьмя выпрямленными... киноварь маникюра... как если б в сомкнутом строю имели  с наскока исполнить канкан... Ставя нервной щепотью бодро-задышливый калач на обвод мамона, другой – выдёргивают, обеконечно вырывают дужку.

           Окладист (мамон)... Сероглазы – затёрт, было, шёлк подкладки, нет, фасоль – белая и в тёмный не глянцевый фиолет, расклёванная (чёрные мяса) вишня с камуфляжной неправильности пестриной, призанявшаяся клыкастым отблеском дулёвских белых тарелок, скатерти...

            Калач и Ситный (подражательное, вроде калашного, тесто, фигура бесхитростная: круглый, с блюдце, внятным обычаем в три реза по кумполу означенный хлебец) – ни ассенизаторам (россказни), ни мертвецким командам чумных годов – не годились, поскольку и на пшеничном юге были дороги.

           Позволяли себе состоятельные холостяки, белоподкладочники-студенты, рантье, землевладельцы, в Муроме или Москве зимуя. Самара. Саратов. Кто ещё? При Советской Власти – заметней стало, когда постарел Микоян, заводивший в Москве, не где-нибудь… курировавший… американских масштабов хлебопечение, производство мороженного, шоколада… да, заметней: упрощение жизни. Жаловались – из малых пекарен, старинных, числом четыре, все – в Центре, на трудность… трудоёмкость… ручного производства… нехватку рабочих рук… Не жаловались? …Малого калача не стало в ассортименте.

            Ординарный расходился в продаже за час и час этот нельзя было угадать. Печи держали тёплыми и ночью, но смен (в ночь) часто, выходило так, не было, тесто ставилось не под утро – "в течение дня".

          Калач чрезвычайно сытен. Если же наличествует колбаса… крутое яйцо и майонез… салатный лист, зелёный лук… и сливочное масло… Всеволод Николаевич Некрасов, живя на Тихвинской, мог – на Долгоруковской (при нём: Террориста Каляева) бывать: в двух шагах. При повороте с Долгоруковской на Селезнёвскую. Дольше, чем где-нибудь, работали ночью, заведение – пекарня без торговой площади, совсем небольшое… То есть с белобрысой барышней можно было к гордым пекарям подольститься и – идти дальше – погладив… У столяров -- это ощущение – от поверхности с отрясаемой, но и приставшей… в печи… сеяной мукой… ощущение – передаётся оборотом: "с шорохом". Горячее, с шорохом… с катящей шероховатостью… брюшко…

           В калачах не полагается сдобы, яиц, слащений… Калач бел и демонстрирует собой возможности муки, старательности, истовости температурного режима.

           Дужка прочна, чуть суше прочих частей, именно брюшка, которое – взамен трёхразового питания – взрезает, знающий, от уха до уха и, разинув, приподымая верх… Про масло я говорил: плавится, сходя со столового ножа, и, поверх впитавшегося, застилается косо срезанной, чудно конгруэнтной месту в мякише колбасой.

           Люди с достатком и сильным аппетитом закладывали, что нашлось, и под налёгший на брюшко гребешок – не без деликатного насилия.

           Серов… В детстве история его жизни трогала меня. Выучка, Репин. Добиться желаемого, не дав проступить "чаду светильника", не "записав". Теперь, бывая в Доме Брюсова – есть работа Серова – с неудовольствием признаюсь в тянущем чувстве. Надеялся, что копия – сотрудник, ну да, разуверил. К чему Серов… С ним Коровин (Константин) и скупой Шаляпин, взяв калачи – запас, за пополнением наблюдал Коровин – по очереди, всё вышесказанное с калачом проделав… колбаса цвета собачьего языка… грели на венце горячего самовара.

           Следует сообщить. На холоде калач сохраняется, черствея, не без того, долго. Вкус, свойства… мягкость – безукоризненную… восстанавливает, возобновляет в духовке тотчас; то ж и на самоваре, но, правда, должен быть посвежей.

 

Михаил Нилин

 

 

Так и не написанное эссе о Москве

 

Андрей Черкасов

 


* «Москва и немосквичи» – цикл литературных вечеров «Культурной Инициативы» предполагает знакомство с Москвой с помощью разных оптик: поэтов, писателей, критиков и других творческих людей, как родившихся в Москве, так и приехавших в столицу из других мест.

Гости не только читают стихи, но и рассказывают о своей Москве. Вечера проходят в клубе «Дача на Покровске» и в Московском городском отделении Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, которые располагаются в имеющем богатые литературные традиции доме Телешова, в историческом центре Москвы, неподалеку от того места, где когда-то находился знаменитый Хитров рынок, описанный Гиляровским.

В качестве «москвичей и немосквичей» уже выступили такие столично-провинциальные пары:

Юрий Арабов (Москва) – Алексей Королев (Загорск)

Анна Аркатова (Рига) – Сергей Гандлевский (Москва)

Геннадий Каневский (Москва) – Бахыт Кенжеев (Чимкент)

Инна Кабыш (Москва) – Олег Хлебников (Ижевск)

Дмитрий Данилов (Москва) – Инга Кузнецова (пос. Черноморский, Краснодарский край)

Николай Звягинцев (пос. Вишняковские дачи, Московская область ­– Игорь Иртеньев (Москва)

Евгений Бунимович (Москва) – Анатолий Найман (Санкт-Петербург)

Михаил Нилин (Москва) – Андрей Черкасов (Челябинск)

Игорь Караулов (Москва) – Сергей Круглов (Красноярск)

 

Непременная составляющая цикла – эссе о Москве, которые герои вечера готовят заранее.

Москва и немосквичи 

20.04.2016, 2479 просмотров.




Контакты
Поиск
Подписка на новости

Свидетельство о регистрации СМИ Эл№ ФC77-58606 от 14 июля 2014
Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций

© Культурная Инициатива
© оформление — Николай Звягинцев
© логотип — Ирина Максимова

Host CMS | сайт - Jaybe.ru